Мамина плоть так сладка!

Категория: В попку

Признаюсь честно: я издавна с похотью посматривал на свою мама. Уверен: я не одинок в схожем влечении. В конце концов, не я выдумал эдипов комплекс. История знает огромное количество примеров, когда сыновья имели собственных матерей, а в период племенных либо родовых отношений инцест вообщем был в порядке вещей.

Тем паче, что моя мать заслуживает самого пристального мужского внимания. В свои 37 лет (родила меня в 19) она смотрится лет на 10—12 молодее. Здесь сказывается и генетика, и то, что мама очень кропотливо смотрит за собой: и за лицом, и за фигурой. У нее копна волос бронзового отлива, прекрасное лицо славянского типа, длинноватая шейка, высочайшая грудь 3-го размера, узкая талия, довольно широкие ноги и длинноватые тонкие ноги. А попка! Был бы я поэтом, предназначил бы ей вдохновенные строчки. Ягодицы круто выдаются вспять, и когда мама шествует собственной очень женственной походкой, они грациозно покачиваются, вызывая обильное слюноотделение у каждого мужчины, который оказывается сзади нее.

Конкретно мамина пятая точка была основным предметом моих вожделений, и, онанируя ночами, я представлял, как вонзаю член меж ее сладких булок.

Я далековато не был «ботаником» и в свои 18 имел большой опыт общения с обратным полом, оттрахал во все дырки не одну девчонку, но мать как и раньше оставалась предметом моих желаний.

Жили мы с ней вдвоем, отец умер, когда мне было 4 года, я его фактически не помню. Он оставил маме удачный бизнес, и у нее хватило мозгов не развалить его, а напротив, приумножить. Так что в вещественном плане мы никаких проблем не знали.

В моральном плане тоже все было отлично. Мать не заводила никаких интрижек, во всяком случае, тех, о которых я бы знал. Она достаточно много времени проводила со своим партнером по бизнесу Владимиром Николаевичем, высочайшим, привлекательным мужиком с мягенькими, обволакивающими манерами. Мама утверждала, что у их чисто деловые дела, но в один прекрасный момент, явившись домой в неурочный час из-за сорвавшейся встречи, я через дверь гостиной увидел, как партнер дерет маму, положив ее грудью на обеденный стол и пристроившись сзади. Мама меня не увидела, а Владимир подмигнул мне и махнул рукою: дескать, уходи. Я потихоньку вышел из квартиры и приблизительно час курил во дворе. Позже, как ни в чем же не бывало, возвратился домой…

В тот вечер, о котором я желаю поведать, мы праздновали 40-летие Владимира Николаевича. Приблизительно за неделю ранее мать обратилась ко мне с вопросом:

— У Володи… Владимира Николаевича намечается юбилей. Он против похода в ресторан, желает сделать этот праздничек домашним. Но у него квартира по-холостяцки запущена, а наше жилье расслабленно может вместить достаточно много гостей. Ты не против, чтоб я предложила ему отметить денек рождения у нас?

— Если для тебя так нравится, то ради Бога.

Как молвят в таких случаях, праздничек удался на славу. Гостей собралось человек 40: мамины подруги, друзья Володи. Он заказал выпивку и закуску в наилучшем ресторане городка, оттуда же были официанты. Гости всласть напились хороших вин, коньяков, виски и водок, наелись всякой вкуснятины. Я с наслаждением перещупал подружек мамы, посреди которых были даже очень сексапильные тетеньки. А сама маман поразила меня количеством выпитого спиртного. Обычно ей довольно 1-го бокала неплохого сухого вина, чтоб она опъянела. А в сей раз она перепробовала различные спиртные напитки, включая текилу, что, естественно, не могло не сказаться на ее состоянии.

На данный момент, когда гости уже разошлись, пьяненькая маменька посиживала на диванчике меж мной и Володей. Она не направляла внимания на то, что ее белоснежная блуза расстегнута чуть не до пупа, и пышноватая грудь должна была вот-вот вывалиться наружу из узорчатого бюстика, а юбка задралась так, что нашему взгляду во всей красоте предстали соблазнительные ляжки и атласные трусики. Никак не могу утверждать, что мы с Вовой далековато ушли от мамы в отношении опьянения, почему-либо в этот вечер на всех напала хмельная жажда.

Мы типо смотрели по ящику некий очередной пустяковый сериал, наши с Володей руки лежали на маминых плечах, и мою голову сверлила одна идея: «Вот она, рядом, и навряд ли что по пьяни соображает».

Внезапно Вова повернул голову матери к для себя и скупо прильнул к ее губам. Сначала она пробовала оттолкнуть его, что-то сказать, но он прочно держал ее, страстно целуя взасос. Я уже подумывал, что мне пора оттаскивать напарника, но мама закончила сопротивляться и ответила на его поцелуй. Ее руки опутались вокруг вовиной шейки, и я не знал, что мне сейчас делать. Я не был должен глядеть на это, но я же не слепой!

Он целовал ее, а его рука подбиралась все поближе и поближе к огромным и соблазнительным грудям мамы. И скоро его ладонь накрыла пышную покладистую плоть. Он успел погладить и сжать ее, до того как мама смогла отпрянуть от него и оказалась в моих объятиях. Вот так номер! Что мне делать? И вдруг я сообразил, что если б мама желала, даже пребывая в сегодняшнем состоянии, она бы издавна поставила на место 2-ух опьяненных мужчин, которые всегда и во всем безоговорочно слушались ее. И я коснулся губками ее губ. Она только немного вздрогнула от неожиданности, но через секунду ответила на мой поцелуй, ответила так же, как что лобзалась с Владимиром. Ее рот приоткрылся, губки страстно прижались к моим, язык играл с моим языком. Краем глаза я увидел, что пока мы лобзались, Володя смело раздевал маму. Поначалу снял блузу совместно с бюстгальтером. Оторвавшись от губ мамочки, я скупо рассматривал ее груди. Полные, с большенными сосками, их фото могло стать украшением хоть какого мужского журнальчика. И это был бюст моей мамы! Такая идея могла приостановить меня, но нет. Когда мои пальцы скользнули по теплой мягенькой плоти, задели жестких сосков, я запамятовал обо всем. Мама что-то шептала в то время, когда я голубил ее груди. Я захватил губками ее напряженный сосок, покусывал его и щекотал языком, покручивая другой сосок пальцами.

А Вова не ограничился верхней часть маминого туалета. Он равномерно стянул с нее юбку и колготки совместно с трусиками, и сейчас она посиживала оголенная, прекрасная в собственной наготе. Мать смущенно поглядела мне в глаза, но, видя, с каким вожделением я рассматриваю ее тело, конфузливо обхватила мою голову руками и придавила к груди. Мне это только и было надо. Я продолжил сексапильные игры с ее грудью, этим прекрасным созданием природы.

А Володя не терял времени даром. Он подвинул маму поближе к краю дивана, приподнял ее ноги и прильнул к лону губками. Маман тихонько постанывала, но даже не пробовала приостановить нас. Вова приподнялся, согнул ноги в коленях и ввел собственный подрагивающий член в мамашину промежность. Она охнула и развела ноги обширнее, облегчая партнеру проникновение в нее. Вова чуток помедлил, подмигнул мне и резко двинул таз навстречу телу моей мамы. Она охнула еще громче и застонала. Мой член готов был подорваться в брюках. Последующий толчок Володи был более жестким, и он начал трахать маму все резвее и резвее. Ее груди около моего лица содрогались и колыхались от ударов. Дыхание мамы стало прерывающимся, со стонами. Она несвязно шептала мне в ухо: «Я ничего не могу сделать… Он ебет меня… Боже, как отлично!… Как глубоко он заходит!».

Я с экстазом следил, как сторонний, в принципе, мужчина трахает мою свою мама. Его член резкими толчками вонзался в ее влагалище, сотрясая ее тело. Сейчас ноги мамы были обширно разведены, она подбрасывала пятую точку навстречу ударам ебаря, прерывисто дышала, экзальтированно вскрикивая: «Какая я развратница!… Ох, как отлично!… Вовочка, давай посильнее, не останавливайся!… Давай, насаживай меня!… «. И вот Владимир зарычал не своим голосом, задергался и через несколько секунд со стоном застыл, потом медлительно вынул обмякший капающий ствол и выпрямился. А мамочка, как я сообразил, еще не дошла до кульминации. Я лицезрел ее, лежащую с закрытыми очами, ее нагое разгоряченное тело, ее влажную пизду — и отважился. Повернул маму на животик и снова полюбовался ею. В таковой позе она напоминала виолончель, сделанную руками величавого мастера. Но пока мать не пришла в себя, нельзя было терять времени. В то же время я задумывался не только лишь о для себя, да и о ней, желал доставить мамочке удовольствие. Я немного развел ее ягодицы ладонями. И стал нерасторопно лизать ввысь и вниз повдоль маминой заднепроходной ложбинки, обращая повышенное внимание на промежность меж анусом и влагалищем. Я знал, что это место очень эрогенно.

До матери только на данный момент дошло, что это я орудую около ее попки. «Нет, не нужно! Это совершенно нехорошо, — пробормотала она, пытаясь приподняться. — Нельзя, нельзя!».

Но Володя, стоя на коленях около дивана, удержал ее, одной рукою нажав на плечи, а 2-ой играя с мамиными грудями.

А мне уже было все равно. Я закончил быть примерным отпрыском, превратившись в самца со стоящим колом членом, видящим впереди себя прекрасный экземпляр самки.

Позже я резвыми радиальными движениями стал ублажать языком ее анус, не запамятывая при всем этом жарко дышать, чтоб мое тяжелое дыхание возбуждало ее еще более. Как надо смазал ее собственной слюной. Я ощущал, что мать по-хорошему расслаблена и мокроватая так, что может принять мой указательный палец. Аккуратненько ввел его, в то же время запустив большой палец ей во влагалище. Добавил в сфинктере еще палец, еще. Мамочка вновь начала постанывать. Я смазал собственный агрессивно стоящий член каким-то кремом с маминого туалетного столика. Приподнял маму под ноги так, что она встала на колени, грудью касаясь собственных ляжек. Сам встал на колени за выставленными навстречу мне прекрасными ягодицами, осторожно воткнул член меж ее «щечками» и лаского придавил его головку к ее ободочку. И здесь мать внезапно для меня сама подалась мне навстречу. А я отыскал своим рукам возлюбленную работу на ее лобке, напористыми движениями возбуждая клитор. Мамочка текла так, что благодаря моим пальцам смазка в излишке поступала в ее анус, и я решительно начал действовать членом в ее заду. Восхитительное чувство! Главное: я исполнил свою давнишнюю и казавшуюся мне несбыточной мечту: хозяйничаю в прекрасной пятой точке собственной своей мамы! Не считая того, анус уже хоть какого влагалища, и мне не было необходимости энергично двигать членом для того, чтоб получить удовольствие. Такая сжатость сама по для себя возбуждала меня. А наполненность вызывала пульсации, которые никогда не ощутишь в более широком влагалище. Ну и психологически я ощущал редчайший кайф: ведь до сего времени эта территория все еще считается запрещенной, в особенности жопа родной мамы, и уже одно сознание того, что я нахожусь там, сносило голову.

Это было потрясающе: стоящая перед тобой раком полностью нагая родная мама, с откляченной задницей, с искаженным похотью лицом, растрепанными волосами и беспрестанными стонами и кликами. Когда мать начала 1-ый раз кончать, я задумывался, что сойду с разума. Большая судорога прошла по всему ее телу, она забилась подо мной. «О-о-о-о-х, — протяжно стонала мамочка. — Я конча-а-а-ю!». Ее голова металась из стороны в сторону. Она изогнулась в последний раз и задрожала. Позже распрямила ноги и прилегла на диванчик. Я — сверху. Мой член так и остался торчать в ее пятой точке. Я пока не собирался кончать и не желал останавливаться, потому чуток ослабил давление на клитор и продолжил насаживать мамину замечательную пятую точку на собственный жаркий член. Я пододвинул ее к краю дивана и опять начал интенсивно трахать. 2-ой мамин оргазм не принудил себя длительно ожидать. Но сейчас я сам решил разрядиться и, почувствовав, что мамочка вот-вот кончит, пару раз поршнем прошелся в ее прямой кишке и обильно в нее излился. Мать дрожала, пока моя сперма заполняла ее жопу. Позже я вышел из нее, приподнял за плечи и страстно, по-хозяйски поцеловал в губки. Мама восприняла это как подабающее. Сползла на пол, встала на колени и взяла мой опадающий член в рот.

Володя, который всегда нашего содомирования занимался онанизмом, присел на диванчик рядом со мной и тоже выставил собственный член в мамину сторону. И она безропотно начала обслуживать оба фаллоса. Делала она это профессионально, а ведь я считал ее прототипом скромности. Вобщем, и в том, что ее задний проход освоен до меня, я удостоверился во время нашего сношения.

Делая минет, мать показывала чудеса техники. Она руками держала оба члена, облизывала яичка, головки, пропускала члены в гортань, никогда не поперхнувшись. Когда она стопроцентно заглотила мой член, упершись носом в лобок, я поразмыслил, а куда же поместились эти 19 см пятисантиметровой колбасы. И увидел, что ее гортань раздулось чуть не до ключиц. Это ж нужно так натренироваться, чтоб расслабленно впускать головку члена в гортань! Вот для тебя и скромница с невинными ангельскими глазками! Дошло до того, что она попробовала взять в рот сходу два хера, и это у нее практически вышло. Мать дрочила и насасывала наши члены так удачно, что вот-вот они должны были спустить. Но это не входило в мои планы. Уж пользовать маму, так во все дырки. А ее влагалище еще не было мною освоено. Потому я произнес:

— Мамочка, остановись! Иди сюда!

Привлек ее к для себя и разложил на диванчике. Лег сверху и в классической «миссионерской» позе безо всякой подготовки вошел в пизду родной матушки. А какая здесь нужна была подготовка, если во влагалище аж хлюпало от ее выделений! Я радиво, со всего маху драл маму, засовывая член до самой матки. Она практически сходу начала стонать и интенсивно подмахивать, обняв меня руками и ногами. Естественно, удовольствие было меньше, чем когда я сношал ее в жопу, но меня заводило сознание того, что я воткнул член в то самое место, откуда появился на свет: в лоно моей родной мамы.

Через какое-то время Володя произнес:

— Положи ее на себя.

Я, не вынимая фаллоса из мамы, перевернулся так, что она оказалась сверху. Маман сразу попробовала поскакать на мне, но Вова пригнул ее грудью на мою грудь зашел сзади и воткнул собственный член в материнскую пятую точку.

Вот тут-то она взвыла по-настоящему. От ее стонов и криков, казалось, дрожали стенки. Как соседи выдержали такую какофонию! Наши с Вовой члены терлись друг об друга, разбитые тоненькой перегородкой, и от того траханье приобретало необыкновенную пикантность. Мы стремительно отыскали подходящий ритм, чему много содействовала мать, искусно подмахивающая обоим ебарям, что привело меня к выводу: и «сэндвич» — метод половых сношений, издавна и удачно освоенный моей возлюбленной и почитаемой мамочкой.

Третью мамину дырку мы тоже не оставили без дела, попеременно засовывая ей в рот пальцы рук, которые она с наслаждением облизывала. Я сбился, подсчитывая материнские оргазмы, чувствовалось, что она уже обессилела от их. Тогда мы с Вовой дружно кончили, я — в шахну, он — в жопу, достали из матери натруженные члены, которые она досуха вылизала, высосав и проглотив остатки спермы. После этого сразу уснула прямо тут, на диванчике, даже не обнаружив сил зайти в ванную. Я накрыл ее пледом, вызвал такси и выслал Владимира домой.

После того вечера все в нашем доме приметно поменялось. Я на правах настоящего самца стал реальным владельцем, все приказания и пожелания которого безоговорочно исполняются преданной самкой — моей возлюбленной мамочкой. Чтоб не закоснеть в привычках, время от времени к своим сексапильным играм мы привлекаем партнеров в различных сочетаниях, включая и Володю. Но прежний неизменный доступ к телу матери для него навечно закрыт. Ну и меня закончили заинтересовывать посторонние девчонки: уж очень сладка мамина плоть!

Отзывы:
Добавить комментарий